Джаз-события и фестивали:

KOKTEBEL JAZZ 2010 FESTIVAL TRIP: СЕРЕБРЯНАЯ СВАДЬБА

News image

Один из самых влиятельных open-air в СНГ, фестиваль «Джаз Коктебель» contemporary world & jazz music festival приглашает самую правильную, самую...

Далее...

Брутальные хиты в стиле 20-х

News image

Ничто не предвещало беды – пустующая почти в течение часа сцена, заставленная многочисленными инструментами, уже развеселившаяся спиртными напитками...

Далее...

Легендарный джазовый фестиваль в Нью-Йорке отменен

News image

Кризис оставил мегаполис без именитого музыкального феста. Американская компания Festival Productions, ответственная за проведение нескольких еже...

Далее...


Уиллис Коновер - “Человек-Голос”

Классика джаза - Джаз история

уиллис коновер - “человек-голос”

Мой джазовый Квартет, с которым я работал в составе “ВИО - 66”, принял участие в очередном Московском фестивале “Джаз - 67”. Фестиваль проходил в зале ДК МИИТа (Инженеров Транспорта), что неподалеку от Маринского универмага. Все шло по налаженной системе. Оргкомитет был под прикрытием Горкома ВЛКСМ, жюри состояло главным образом из членов Союза Композиторов и возглавлялось Вано Мурадели. Как обычно, в программе каждого ансамбля должна была исполняться собственная композиция, или обработка народной мелодии, или популярной советской песни. Это правило преследовало две цели: во-первых - подвигать отечественных джазменов на сочинение собственной музыки, на творческий поиск, а, во-вторых - оградиться от нападок партийных функционеров, пытавшихся пресечь проведение подобных мероприятий, и обвинявших всех нас  в пропаганде вражеского искусства. Этот фестиваль запомнился одним выдающимся событием. На нем появился Уиллис Коновер, человек-легенда, Человек-Голос. Для людей более поздних поколений трудно представить себе, какой эффект для нас всех тогда имело его появление в Москве. Поэтому мне хотелось бы рассказать об Уиллисе Коновере поподробнее.

В середине 50-х в жизни нашего поколения появилось  нечто новое и важное, некая отдушина в информационной пустоте - передача “Music USA” и ее ведущий - Уиллис Коновер. Имя этого человека, постепенно стало символом американского джаза, да и самой Америки для миллионов радиослушателей во многих странах Европы и Азии. Особое значение его передачи приобрели для тех, кто жил по эту сторону “железного занавеса” и был начисто лишен информации о западной культуре. Для нас, советских людей, любивших джаз, Коновер и его “Music USA” были “окном в Америку”, причем окном, открытым постоянно и надолго. Гораздо позже, прочитав в джазовых изданиях ряд интервью и воспоминаний известных европейских джазменов, я осознал тот факт, что в послевоенные годы передача “Music USA”  была для слушателей Англии, Германии или Франции тем же, что и для жителей так называемого Социалистического лагеря - глотком джаза. Тогда нам было невдомек, что в ряде европейских кап стран по разным причинам ставились препоны и рогатки проникновению всего американского, и в первую очередь - джаза, а позднее - и рок-н-ролла. Это было частью государственной политики. Но, несмотря на нее, все фанатики джаза, прилипнув к радиоприемникам, ежедневно слушали и записывали на магнитофоны все, что передавал Уиллис Коновер. Меня нередко спрашивают журналисты, как  мы все научились тогда играть, не имея нот, учебников, педагогов, пластинок и многого другого. Ответ прост - главным образом, по записям, которые мы делали с эфира, по передачам “Music USA”. Более того, и английской язык я начал самостоятельно изучать для того, чтобы понимать комментарии Коновера к музыке, которую он транслировал.

Программа “Голос Америки” на русском и других языках народов СССР возникла в 1947 году, вместе с началом “холодной войны”. Сразу же возникло глушение передач, сквозь которое иногда можно было что-то услышать, но шум периодически накатывался вновь, и приходилось довольствоваться обрывками информации. Меня это страшно раздражало и я постепенно перестал  слушать эти “вражьи голоса”, тем более, что мне уже и так многое стало ясно относительно того, где и как мы живем. Зато “Voice of America” на английском в СССР не глушился, - энергии не хватало. Кроме того, эти передачи не носили откровенно агитационного, антисоветского характера и были обыкновенной, правдивой сводкой новостей. Да и для простых советских людей, от рабочего до министра иностранных дел, не понимавших по-английски ни черта, они были  практически безвредными. Вот и получилось так, что мы смогли каждый вечер преспокойно “разлагаться” , слушая джаз на волнах передачи “Music USA”, бывшей составной частью программ радиостанции “Voice of America”. Я не помню, когда впервые наткнулся в эфире на “Music USA”, но это было еще в первой половине 50-х. Сперва ее вел  какой-то не запомнившийся диктор, а затем Рэй Майкл, и состояла она из двух часовых частей с перерывом на последние известия. У Рэя Майкла была определенная направленность на традиционный джаз, причем главным образом в исполнении биг-бэндов. Нас это тоже страшно радовало, так как мы открыли для себя тогда и Дюка Эллингтона, и Каунта Бэйси, и Джимми Лансфорда, и Харри Джеймса, и Чарли Барнета, и Бэнни Гудмена, и Томми Дорси, а также ряд замечательных певцов, выступавших с этими бэндами. Передача всегда начиналась со свинговой мелодии-заставки в записи оркестра Нила Хэфти, на которую у всех нас, как у собак Павлова выработалась со временем реакция - прекрасное настроение ожидания чего-то нового, состояние бодрости и веры в прекрасное будущее. После этого звучал типичный американский голос, низкий и густой : “ This is “Music USA”, I am Ray Mikael !” и т.д.

И вот позже, а именно с 1954 года, второй час в этой передаче начал вести новый комментатор, который ввел новую музыкальную обложку, после чего звучало: “TIME FOR JAZZ ! This is Willis Conover”.... Так мы впервые познакомились с этим неповторимым  Голосом, ставшим для нас реальным и единственным голосом Америки. С появлением Коновера заметно изменилось содержание передачи. Теперь мы получили возможность быть в курсе всех событий в мире современного джаза. Второй час “Music USA” посвящался малым составам, так называемым “комбо”, игравшим в “модернистских” стилях “бибоп”, ”хард боп”, “кул”, “уэст коуст”, “прогрессив” и др. Позднее Уиллис Коновер стал единоличным ведущим передачи ”Music USA”, а его голос и музыкальная обложка - “Take The “A” Trane” - долгие годы являлись символом  американского джаза в сознании всех, кто слушал эфир. Особенность программ Коновера была в том, что он очень внятно, неторопливо, с идеальной артикуляцией называл имена исполнителей, названия пьес, авторов музыки, время записи, а также давал очень короткие, но предельно емкие комментарии по поводу того или иного направления в джазе. Причем, иногда он делал очень меткие, но нейтральные характеристики отдельным музыкантам и их творчеству. Так однажды, еще в конце 50-х, он назвал спокойную, задумчивую музыку Джерри Маллигана таким термином, как - “Rockin’ Chair, Pipe and Slippers” ( “Кресло-качалка, трубка и шлепанцы”). Лично я во многом обязан Уиллису Коноверу и его передачам за то, что тогда они помогли мне скорее найти свое призвание и даже профессию, вовремя уведя меня из различного вида “тусовок”, с Бродвея, из ресторанов, от фарцовки, с “плясок” и “процессов”, к радиоприемнику и магнитофону. Еще неизвестно, кем бы я стал, и куда бы угодил, не будь в эфире постоянной радиопередачи “Music USA” и Уиллиса Коновера.

Мое первое личное, короткое знакомство с ним состоялось в 1965 году, в Праге, на джазовом фестивале. Но сам Уиллис Коновер впервые приехал в СССР в 1967 году и, побывав в Таллине и Ленинграде, появился в Москве как раз во время фестиваля “Джаз 67”. Трудно описать словами состояние сидевших в зале этого ДК в тот момент, когда перед началом концерта на сцене появился элегантный, красивый американец и, подойдя к микрофону, сказал своим густым, бархатным тембром: “TIME FOR JAZZ !”, после чего музыканты заиграли “Take The “A” Trane”. Комок подступил к горлу, все увидели ГОЛОС. Произошла визуализация звукового имиджа, как в сказке.

Но самое интересное началось дальше. В то время, как участники фестиваля выступали на сцене ДК МИИТа, за кулисами и в фойе происходила какая-то необычная активность. Среди музыкантов, которые обычно в зале на концертах не сидят, распространился слух, что Коновер приглашает многих в Американское посольство на прием в его честь, с показом джазовых фильмов и прочими радостями. И действительно, по рукам начали ходить какие-то пригласительные билеты, которые раздал кому-то для распространения сам Коновер. Мне тоже дали такой билет и здесь я испытал двойное чувство - огромного волнения и счастья, что наконец-то побываю в Американском посольстве и впервые увижу документальные фильмы о джазе, и чувство какой-то опасности и ответственности за этот шаг. Последнее подтвердилось. Комсомольские работники, организаторы фестиваля, узнавшие об этой планируемой посольством акции, засуетились со страшной силой, пытаясь предотвратить массовый поход московских джазменов на прием. Моментально были организованы приглашения на ночной джем-сешн в кафе “Синяя птица” после концерта, который до этого не планировался. Один из ответственных комсомольских деятелей подошел ко мне за кулисами ДК и сказал прямо, без обиняков, что все, кто пойдет на эту встречу, больше на международные фестивали не поедут никогда, и вообще станут не выездными. Мне стало до невозможности гнусно на душе, уж больно хотелось туда, пообщаться с Коновером, побыть на территории Соединенных Штатов Америки. Но разумом я понимал, что ставить крест на дальнейших поездках за рубеж и портить внешне хорошие отношения с комсомольцами по меньшей мере непрактично. Я попытался как-то возразить, говоря, что ничего там страшного не произойдет, что мы будем вести себя как настоящие советские люди, не подведем, и неся прочую чепуху. Но в ответ получил довольно вразумительное объяснение, что инструкция о необходимости срыва этого мероприятия получена сверху, и что опасность для дальнейшей судьбы советского джаза здесь вполне реальна. Ведь ситуация, когда наш джаз реально попал в сферу политических интересов американцев и, соответственно, в область нашего политического надзора, возникла здесь впервые. “Представь”, сказал мне комсомольский работник, - “если хоть в одной американской газете появится небольшая заметка под заголовком “Московский фестиваль джаза закончился приемом в посольстве США”. Это будет означать конец всем дальнейшим джазовым фестивалям. Мне нечего было возразить, так как я понимал, что публикация такого рода появится обязательно, Уже тогда мы поняли, что “холодная война” ведется не только Советским Союзом, что на ней греют руки и западные журналисты, принося иногда колоссальный вред нашим попыткам обогатить отечественную культуру джазовой музыкой. (Кстати, не знаю по какой причине, но следующий, очередной фестиваль джаза состоялся в Москве лишь через одиннадцать лет, в 1978 году, в киноконцертном зале “Варшава”). Еще до конца концерта мне удалось пообщаться на эту тему с моими приятелями-джазменами, музыкантами как бы одного уровня, с теми, кого эти события могли затронуть в будущем. У них было такое же состояние - обозленности на этот запрет, большого желания идти в посольство, но и понимания всех последствий такого похода. Некоторые колебались до последнего, не зная как поступить. Я в последний момент понял, что придется пожертвовать этим приемом ради дальнейшей игры с властями, ради этой борьбы за выживание. Когда концерт окончился и публика стала покидать ДК, выяснилось, что на улице уже стоят автобусы, готовые отвезти всех, кто хочет, в “Синюю птицу”. Спускаясь по лестнице вместе с толпой из зала в вестибюль первого этажа, я столкнулся с Уиллисом Коновером, который выглядел очень озабоченным. Очевидно ему сообщили о попытках отговорить наших музыкантов идти в посольство. Он увидел меня и спросил, иду ли я. Я ответил, что хотел бы, но не могу. После чего, несмотря на возможное присутствие рядом соглядатаев, я произнес дословно следующее: “Вы скоро уедете к себе домой, а нам предстоит жить здесь”.  Уиллис Коновер  как-то посерьезнел и сказал “I understand”, после чего мне показалось, что он не осуждает тех, кто не пойдет. Но на самом деле мне спокойнее не стало, я все равно чувствовал себя в какой-то степени предателем по отношению к нему. С тяжелым чувством я вышел на улицу, сел в комсомольский автобус вместе с другими музыкантами, принявшими аналогичное решение, и поехал на джэм в “Синюю птицу”. Другая часть музыкантов, а также много обычных околоджазовых фэнов отправилась в посольство. Это были те, кому терять было нечего, кто имел какую-то особую “прикрышку”, или те, кто не строил долгосрочных жизненных планов стране Советов, думая “свалить” при первом удобном случае. Так оно в дальнейшем и произошло, многие из тех музыкантов, кто пошел тогда на этот прием, давным-давно эмигрировали. Но тогда я об этом как-то не задумывался. Мы все сидели в “Синей птице” и просто выпивали. Играть не было никакого желания. И вот часа через два произошло самое противное. Вдруг в кафе с шумом ввалилась небольшая толпа людей, прибывших с этого приема. Вид у них был самый, что ни на есть счастливый, но самое главное - каждый прибывший держал подмышкой по пачке запечатанных американских джазовых пластинок. Не по одной, а по пачке. Это доконало присутствующих. Я испытал нехорошие чувства, и прежде всего зависть, с этим ничего нельзя было поделать. Затем нам пришлось выслушивать восторженные рассказы о фильмах, которые демонстрировались в посольстве. Ко всему этому добавлялись такие фразы участников приема в наш адрес, как : “А зря вы не пошли, чуваки, там так клево было. И ничего за это не будет”. Позже я узнал некоторые подробности того, как происходила в посольстве “материализация духов и раздача слонов”. Во время торжественной части и просмотра фильмов на виду у гостей стоял стол, заваленный грудой пластинок. А когда официальная часть закончилась и хозяева приема предложили присутствующим взять себе презенты в виде пластинок. И тут произошла небольшая свалка, причем особую активность проявили никому не известные люди, старавшиеся нахватать как можно больше. Как всегда бывает в таких случаях, людям воспитанным и скромным, в том числе и музыкантам, досталось меньше всех. Так завершился фестиваль “Джаз - 67”.

Добавить комментарий


Интересно знать:

Acid jazz

О происхождении термина acid jazz ходят легенды. Самая достоверная из них гласит, что британские ди-джеи Жиль Петерсон (Gilles Peterson) и Крис Бэ...

А. Козлов - “Интеллектуальный” или “модальный” джаз

В данной статье я обращаюсь к особой разновидности джаза, отличающейся от ряда многих его видов чем-то неуловимым, трудно формулируемым. Сам термин ...

ECM

Отдельную нишу в сообществе джазовых стилей с начала 70-х годов заняла немецкая фирма ECM (Edition of Contemporary Music - Издательство современной ...

NEW AGE

Музыкальное явление, получившее общее название NEW AGE, чрезвычайно многогранно и обширно в своих границах. В настоящее время существует определенна...

Новая музыка:

News image News image
News image News image
News image News image
News image News image
News image News image
>>>>: Главная - Джаз история - Уиллис Коновер - “Человек-Голос”

Легенды джаза:

Биография Рэя Чарльза (Ray Charles)

News image

Настоящее имя: Рэй Чарльз Робинсон Дата рождения:23 сентября 1930 года в США, Элбани, штат Джорджия, Инструменты: Пианино, саксофон,...

Чет Бейкер

News image

Чесни Генри Бейкер младший по прозвищу «Чет» (Chesney Henry Chet Вaker), выдающийся американский трубач, родился 23 декабря 1929-го года...

Новые впечатления:

Февраль 2010: Европа джазует

После достаточно спокойного января, когда появилось совсем немного новых интересных джазовых дисков (П.Мэтини, Хироми, Мэйса, Д.Сэнборн), в феврале ...

Esbjrn Svensson Trio

Есть музыка, которая мне никогда не надоест. Я слушал множество различных направлений и групп, и только некоторые из них до сих пор остаются для мен...

Авторизация

It only takes 2 minutes -